Почему я не буду голосовать за Ликуд
28 июня правительство Израиля единогласно проголосовало за признание геноцида армян. Четыре дня спустя инициатива пойдёт в Кнессет. Это историческое решение — Израиль был одной из немногих стран, где этого признания не было. В тот же день в Сенате США шли слушания по продаже Турции на 700 миллионов долларов авиадвигателей. За день до этого вице-президент Вэнс намекнул, что администрация пересматривает запрет на продажу Анкаре истребителей F-35. Совпадение дат может быть случайным. Только я не верю.
Само решение — правильное. Геноцид армян был, об этом писали историки задолго до того, как Гидеон Саар внёс резолюцию. Армянская община ждала признания десятилетиями. Никаких возражений по сути. Вопрос только в одном: почему 28 июня 2026 года, а не в 2016, когда комитет Кнессета это уже обсуждал. И не в 2018, когда обсуждение дошло до пленума. И не в любой другой из десяти лет, когда тема возвращалась и тихо уходила. Ответ простой: Турция. Точнее — отношения Анкары с Вашингтоном, которые именно сейчас потеплели. То есть моральный долг, о котором говорит Саар, всё это время существовал. Признавать его стало удобно только сейчас.
И тут начинается то, ради чего я это пишу. Признание геноцида в июне 2026 — не единичный случай. Это очередной эпизод одной и той же истории. Летом 2025 года премьер-министр отправил 52 самолёта бомбить Иран — и развернул их в воздухе, когда позвонил Трамп. В феврале 2026 ударил всё-таки, нарушив перемирие, поссорился с Вашингтоном и не добился стратегических целей. Войну с ХАМАСом мы получили потому, что годами действовала доктрина «пусть вооружаются, лишь бы тихо сидели». Госкомиссию по 7 октября создавали с такими оговорками, что половина общественности отказалась её признавать. Закон об освобождении харедим от призыва проталкивают сейчас — когда на южном фронте гибнут резервисты, у которых трое детей дома.
У этого стиля есть имя — полумера. Не трусость, не цинизм, не глупость. Именно полумера. Решение принимается, но в момент, когда оно уже стоит дороже, а даёт меньше. Удар наносится, но не туда, где больно. Закон проходит, но с оговорками, которые делают его декорацией. Комиссия создаётся, но без полномочий выносить выводы. Каждое решение по отдельности можно защитить рационально — компромиссы, обстоятельства, давление союзников. Все вместе они складываются не в стратегию, а в стиль. И стиль этот теперь определяет всё, что делает израильское правительство.
Здесь обычно говорят: «А кто если не Биби?» Это и есть главный аргумент, который слышишь от любого ликудника, включая моих собственных родственников и знакомых. Опытнее всех. Дольше всех у власти. Знает Вашингтон. Знает Москву. Знает арабских лидеров поимённо. Всё правда. Только аргумент «незаменимости» — это не аргумент, это симптом. В странах, где этот вопрос становится центральным, политика постепенно перестаёт быть политикой. Я не сравниваю Израиль с Россией или Беларусью по сути — у нас выборы реальные, оппозиция реальная, Верховный суд работает, миллионная демонстрация 2023 года не привела к посадкам. Я говорю про риторику. Когда главным аргументом за лидера становится отсутствие альтернатив — это про лидера, а не про альтернативы.
А альтернативы есть. Опытных политиков в Израиле достаточно. Гади Айзенкот, бывший начальник Генштаба, создал партию «Яшар», которая по последним опросам Zman Yisrael уже обогнала Ликуд. Авигдор Либерман, чьи «Наш дом Израиль» представляет интересы значительной части русскоязычной общины, в политике дольше Биби. Беннетт, Лапид, Ганц — каждый со своим опытом и провалами. Вопрос не «есть ли кого выбирать». Вопрос — кто войдёт с ними в коалицию. Партии, не признающие сионизм. Партии, готовые отдать Восточный Иерусалим, Иудею и Самарию. Или патриоты Израиля, готовые действовать упреждая и решая проблемы, прислушиваясь к голосам зарубежных партнёров, но ставя интересы страны, а не политическую карьеру и имидж, во главу угла. Обросшие связями, коррупционными скандалами и сомнительными приближёнными — или лидеры, ведущие Израиль в будущее.
В октябре я пойду голосовать. Не за идеального премьера — таких не бывает. Не против Биби лично — у меня к нему нет личных счетов. А против стиля, при котором каждое правильное решение приходит на пять лет позже, чем нужно, и в форме, которая выхолащивает половину его смысла. Геноцид армян признавать надо было. Иран бомбить надо было. Закон о призыве принимать надо. Только не так. Не тогда. И не наполовину.
**P.S. Пока готовилась эта статья**
Утром, когда я заканчивал текст, министр обороны Исраэль Кац выступил перед военными корреспондентами и заявил, что ЦАХАЛ получил указание готовиться к самостоятельной операции в Иране. Два сценария: либо Трамп решит, что переговоры исчерпаны, либо Иран ударит по Израилю. Цитата Каца, которую стоит выписать отдельно: «Не намерены мешать инициативам Трампа, но в самообороне компромиссов не будет — ни в Ливане, ни в Иране». Нетаньяху по этому поводу промолчал. Молчание объяснимое — у Трампа сегодня и так нервный день, он в Truth Social обещает Ирану, что «Исламской республики больше не будет существовать», и одновременно сообщает, что Тегеран запросил встречу в Дохе на завтра.
Вот вам полумера в режиме реального времени. Министр обороны угрожает войной — без премьера. Премьер молчит — чтобы не задеть Трампа. Армии велено готовиться — но не действовать. «Не мешаем» американцам — но и не идём с ними. Всё это произошло за полдня, пока я редактировал черновик. Не уверен, что мне ещё нужны аргументы.
